РУССКИЙENGLISH
Пресс-центр

Котельных дел мастер

Автор: С. Чайко

У кого-то жизнь складывается от печки, у кого – от котла... А почему вы думаете, что это не интересно?

Лев Федосеевич Ларин родился в 1926 г в деревне Малая Уря Краснодарского края в крестьянской семье. Cемья была богата только детьми – их было пять человек, но не смотря на это, отцу дважды предложили самому уехать в Сибирь, дабы не случилось худшего. Лев Федосеевич вырос в Забайкалье, в селе Шилка. Оттуда же в феврале 1944 ушел на фронт.

11 апреля 1942 года мне исполнилось 16 лет, - рассказывает Лев Федосеевич, - а 16 апреля у меня уже была трудовая книжка. Начал я работать на железной дороге. В 1944 году на Забайкальской железной дороге формировали отделения, куда входили специалисты всех железнодорожных специальностей. В это время началось освобождение завоеванных немцами территорий. Отступая, противник за собой разрушал железнодорожное полотно, нужно было его восстанавливать. Я и старшая сестра Александра записались добровольцами – она работала проводником, а я помощником машиниста паровоза. До Гомеля мы добирались больше месяца. Для мальчишек сначала все происходящее было загадочно – впервые посмотреть Оренбург, (прославленный в песнях и фильмах – прим. автора)... Нас везли южной дорогой около месяца. 38 мужиков ехали в товарном вагоне, условия были очень тяжелые, страшные антисанитарные условия. Но антагонизма со старшими никакого не было, все дружно работали. То есть по приезду сперва целый месяц «минный карантин» пережидали, потом восстанавливали дороги. Бомбежки частенько по ночам были. Военной подготовки у нас никакой, все гражданские специальности. Первые тревоги дорого обошлись - два наших вагона сгорели. Потом мы уже научились спасаться от налетов.
Когда началось наступление летом 44-го, нас направили в Жлобин, Бобруйск. «Бобруйский котелок» видели когда все еще горело... Вагоны двигаются, а мы перед ними пешком шпалы укладываем. Далее Белоруссия, потом Слуцк - там пробыли лето, старые дороги восстанавливали, затем началось наступление на Восточную Пруссию.

В это время к нам пришли вербовщики из другого, седьмого военно-эксплуатационного отделения, формировать бригады на Западное отделение. Нас собралась группа и мы поехали на Западное формирование ЖД. Бывший начальник ЖД Тетерский - он тоже из «западных», мне все хотелось с ним встретиться, но пришлось. В Литве в Шауляе были, на станции Таураги под Тильзицком долго восстанавливали... Потом нас перебросили в Восточную Пруссию– Кениксберг, Инсербург (последний переименован в Советск). Перед каждым пунктом «минный карантин». Саперы освобождают участок, потом мы его восстанавливаем. И там, на станции под Кениксбергом, мы ее по-русски Перевалки называли, день Победы встретили. Затем еще несколько городишек прошли до Нольштедте. Кроме восстановления занимались охраной, когда надо, грузы перевозили, людей. Литовцы начали обстреливать нас, в Шауляе особенно. Они же всегда симпатизировали немцам. Так что все было.
Вернулся домой 6 ноября 1945-го. Награды? Нас там не награждали. Награждали фронтовиков за подвиги, а у нас какие награды... Правда, несколько человек получили орден Отечественной войны за быстрое восстановление в период Гомельских бомбежек. Мастера были награждены из нашего ВВО- 31 - толковые мужики. Меня медаль Участника ВОВ «догнала», когда я уже в училище находился.

Желание учиться было всегда, особенно после возвращения из армии. С друзьями поехал поступать в Благовещенск в речное училище. Большую роль сыграло, что в училище, в отличии от техникума, гарантировано гособеспечение. А мне кто может помочь?

... Времена тяжелые были, нас у матери пятеро, отец до войны умер. Неустроенность, тяжко было. Со станции Шилки нас 11 человек поступило, а закончило только трое. Остались только те, кому отступать было некуда: возвращение могло быть только хуже... В 47 году карточки отменили, подрабатывать разрешили. В 1950 г получил диплом механика всех групп судов. Первую навигационную практику проходил на военных кораблях в Амурской флотилии. Нас готовили как специалистов для военных и гражданских судов. С 1951 по 57 гг проработал в Восточно-Сибирском речном пароходстве. Пришлось поработать на самых больших, тогда еще колесных параходах «Молотов» и «Бородино». Потом жена заболела, дочка одна, по семейным обстоятельствам ушел на берег, на пристани работал. До 58 года в речном училище преподавал.
Затем пригласили в райком партии. По заданию запускал котельную на Мельниковском заводе ЖБИ. Работал начальником котельного цеха, и в первые годы – неосвобожденным председателем завкома по совместительству. А цех работал тогда в три смены. В 75-м году реконструкцию сделали... Потом перестройка - и завод до сих пор стоит.

Нас часто проверяли из «Иркутскэнерго». Меня уговорили перейти к ним работать инспектором котлонадзора в «Энергосбыте» сельских котельных, которые в то время стали широко применять в сельском хозяйстве. Затем на БАМе строительство началось. В командировках больше полмесяца находились. Мы по районам мотались – нас, специалистов, четыре на область было. Мы контролировали и семинары проводили. Новые котлы запускают – людей надо учить. Как зима начинается, проводим семинары. А курсы машинистов давали уже в Иркутске.

У деревенских такая специфика есть: пока у соседа не увидят, что и как работает, сами ничего делать не будут – на слово не верят. Был такой случай в деревне Гуран под Тулуном. У них в котельной от накипи котлы очень сильно заизвестковались. Я им говорю: как лето начнется, залейте котлы молочной сывороткой и пусть они пару месяцев покиснут. Ничего... Следующий год пломбирую котлы по весне, заставил залить при мне. Приезжаю через полтора месяца, жалуются, что пройти мимо нельзя - запах невозможный. Вызвали пожарную машину, промыли под давлением. Открыли люки – оттуда накипь кашей полезла... Когда затопили первый раз, кочегары удивлялись – чуть бросят топливо, сразу пар идет. Работа, конечно, интересная была, но приходилось крутиться. В «Энергосбыте» проработал 13 лет, пока в 88-м году на пенсию не пошел.

Так уж получилось, что Лев Федосеевич отличился не только в войну, но и в мирное время. Награжден медалями «За труд» и «Трудовое отличие», а так же орденом Трудового Красного знамени. День Победы, несмотря на постоянные командировки, старался всегда отмечать с друзьями, ветеранами речфлота: Алексеем Геровским, Анатолием Геевским – бывшим председателем Свердловского горисполкома, еще с некоторыми, как он говорит, однокашниками. Что касается его семьи, то из пятерых детей после Отечественной войны все остались живы. Четверо стали ветеранами ВОВ, а четвертый, младший брат – участником военных событий в Корее. Старший брат - бывший подводник, живет в Киеве.
Но это уже - другая история...

Показать в формате для печати